Коммерциализация, трансфер технологий

Вверх / Аналитика / Инновационный менеджмент и маркетинг / Коммерциализация, трансфер технологий /

Как работает Научный парк МГУ
Интервью с Олегом Мовсесяном, Научный парк МГУ

О развитии бизнеса в Научном парке МГУ сегодня "Вестник инноваций" беседует с его директором Олегом Мовсесяном.

Научный парк МГУ располагает на сегодняшний день 11,7 тыс. кв.м площадей, на которых размещаются 45 компаний высоких технологий с более чем 2,5 тыс. сотрудников. В разное время в Научном парке работали или продолжают работать такие фирмы, как Гарант, Комет, REDLAB, REDCENTER, «Центр Нейросетевых Технологий – Интеллектуальные системы безопасности», Витта, Нейрок, Интернет Холдинг Рамблер, Агама и др. О развитии бизнеса в Научном парке МГУ сегодня «Вестник инноваций» беседует с его директором Олегом Мовсесяном.

Расскажите, пожалуйста, как возник Научный парк МГУ, чья это была инициатива, кто персонально участвовал в его создании? Кто вошел в первый Совет директоров Научного парка, и кто входит в него сегодня?

Парк возник в 1991 г., когда было подписано соглашение между Миннауки и МГУ. Со стороны МГУ соглашение подписал ректор Виктор Антонович Садовничий, а со стороны Министерства – Борис Георгиевич Салтыков (министр в 1991 г.). Как закрытое акционерное общество Парк был создан в 1992 г. Первым Генеральным директором Парка стал Михаил Викторович Рычев, а в Совет директоров вошли представители Миннауки в лице директора «Инновационного фонда при ГКНТ СССР» Дюкарева Виталия Алексеевича, проректор МГУ Коротеев Николай Иванович, ректор МГУ Виктор Антонович Садовничий стал Председателем Совета Директоров НП МГУ. Сегодня состав Совета директоров значительно расширился, возглавляет его ректор МГУ Виктор Антонович Садовничий, входят четыре декана естественно научных факультетов МГУ и проректор по инновационной деятельности. В Совет директоров также входят министр образования и науки РФ Андрей Александрович Фурсенко, вице-президент РАН академик Валерий Васильевич Козлов, генеральный директор Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере Иван Михайлович Бортник. Замечу, что с этим фондом Парк сотрудничает уже более восьми лет, и это сотрудничество выражается как в финансировании на возвратной основе развития физической инфраструктуры Научного парка, так и в прямом финансировании инновационных проектов МГУ, которые размещаются в Научном парке, и успешно развиваются.


Еще одним членом Совета директоров является бывший директор Инновационного фонда при ГКНТ СССР, а ныне директор инвестиционной компании Виталий Алексеевич Дюкарев. Фонд вложил существенные средства в развитие парка в начале его деятельности в 1992 г.

Раз в квартал проходят Заседания Совета директоров, раз в год проходит общее собрание акционеров. Необходимо отметить, что Члены Совета Директоров реально принимают участие в работе Парка, намечают стратегию развития Научного парка, которую и реализует исполнительная дирекция.

Кто первоначально вложил средства в создание Парка?

Университет и Миннауки. Университет предоставил землю – заброшенное поле факультета почвоведения – территорию, где сейчас стоит этот дом – тогда она была свалкой. Миннауки выделило финансирование, на которое были закуплены сборные конструкции для первых домиков.

Какие услуги своим арендаторам оказывал тогда парк?

В начале 90-х гг., также как и сейчас, парк оказывал достаточно широкий спектр услуг, который мы условно всегда делили на три уровня. Первый уровень – технический – это предоставление оборудованных помещений для высокотехнологичных компаний на предельно прозрачных прогнозируемых условиях. Это, на мой взгляд, правильно, потому что, когда в стенах университета зарождается бизнес, ему, конечно же, надо находиться рядом с университетом, чтобы получать все плюсы подобного нахождения, но быть вне его стен на прозрачных прогнозируемых на длительный период условиях.

Вместе с тем, мы с самого начала были противниками реализации проекта парка на существующих площадях университета, где должен идти научный или образовательный процесс. Потому все строилось «с чистого листа», рядом с университетом. Мы, можно сказать, пуповиной с университетом связаны, но это все-таки не совсем университет.

Итак, технический уровень сервиса, куда входит аренда и прочие услуги, которые, наверное, можно встретить в любом бизнес-центре. Здесь дополнением является только то, что мы пытаемся предоставить некий зонтичный набор услуг, чтобы компания, приходя в парк, занималась только развитием собственного бизнеса, а не касалась всяких текущих проблем, связанных с представителями пожарной инспекции, санэпидемстанции и прочими контролирующими органами. Это взаимодействие мы берем полностью на себя.

Второй уровень сервиса – консультационный. На заре деятельности парка, наверное, в большей степени, были востребованы услуги трейнинговые или образовательного характера, потому что у начинающих компаний не было опыта в области менеджмента, маркетинга, других рыночных дисциплин. Плюс, естественно, помощь в нахождении первоначальных средств из льготных источников. В первую очередь, конечно, государственных. Сегодня добавились венчурные инвесторы, которых не так много, но, тем не менее, они существуют в России, и мы помогаем компаниям найти подобного рода финансирование.

Третий уровень сервиса – это обеспечение синергетического эффекта от взаимодействия компаний между собой. С самого начала в Парке находились коллективы очень разной направленности, и сегодня в Парке сохраняется та междисциплинарность, которая существует в университете. В 1993 – 1994 гг. в Парке было двадцать коллективов с разных факультетов – психологии, вычислительной математики и кибернетики, физического факультета и т.д.

Что за компании пришли в Парк в начале его деятельности, и по какому принципу они отбирались?

Был объявлен конкурс по университету, и было подано 70 проектов. Из них независимым экспертным советом, который оценивал как научную, так и экономическую составляющую, было отобрано 20. Среди конкурсантов были как уже сформированные компании, так и творческие коллективы, только начинавшие свою деятельность.

После этого был довольно длительный период строительства первых корпусов, с привлечением, кстати говоря, уже частных инвестиций, просто под доброе и честное имя первого директора Парка – М.В.Рычева. Это были его знакомые бизнесмены, не работающие в сфере высоких технологий, которые поверили и дали деньги на возведение первых двух корпусов, где на очень льготных условиях разместились сами инвесторы и, тем самым, возвращали вложенные деньги, а целый корпус был предоставлен первым отобранным коллективам, тогда уже сформированным компаниям Парка.

Это были преимущественно компании IT-направленности?

Нет. Тогда как раз междисциплинарность была всеобъемлющая и, еще раз подчеркну, были проекты и с факультета психологии, и с ВМК, и с физфака, и с биофака, и с химфака и т.д.

Что стало с этими первыми бизнесами в дальнейшем?

По разному. Ряд компаний добились весьма значительных успехов. В частности, компания Агама – разработчик первого русскоязычного поискового портала в Интернете (Aport) – выросла из одного из этих первых проектов. Вначале они занимались созданием развивающих компьютерных программ и программами проверки орфографии. В 1995-1996 гг. мы помогли им получить первое бюджетное финансирование из Фонда содействия, и благодаря этим деньгам начал развиваться проект «Апорт». Позже было несколько раундов частных инвестиций, первые из которых опять же мы помогли им привлечь. Это, пожалуй, один из самых известных бизнесов, который вырос из первой волны проектов Парка.

Компания Rambler, надо быть корректными, начала развиваться не на нашей площадке. Рамблер пришел сюда после первого раунда полученных серьезных инвестиций и второй и третий раунды получал здесь. Но все-таки компания не выросла в Парке, это надо признать.

Гарант тоже развивался на начальном этапе в университете, но не в Научном парке. Начиная с 1995 г. мы работаем вместе и, в частности, корпус, в котором мы с вами находимся, был построен совместно с Гарантом. Гарант большая компания, в последнее время работающая как своеобразный инкубатор. В год от Гаранта отпочковываются несколько компаний, и почти все из них стартовали в Научном парке. Причем в 1995 г. Гарант еще работал на физфаке, а компания Гарант-парк начала работу в Парке с одной комнаты. Сегодня это большой холдинг, где трудятся несколько сотен человек, и все они работают в научном парке.

Первые компании так или иначе пришли из МГУ, а сегодня есть компании, которые приходят не из университета?

Сегодня процентов двадцать компаний, работающих в парке, - это компании созданные не выпускниками университета, а представителями других московских и немосковских университетов и не только университетов. Понятно, почему они приходят в Парк. Во-первых, не так много подобного рода центров существует сегодня. Во-вторых, они приходят сюда за кадровым и научным потенциалом университета, и мы помогаем им наладить эти связи с МГУ. Ежегодно в компаниях Парка несколько сотен студентов проходят практику. Подавляющее большинство которых, как правило, остаются потом в Парке. Сегодня компании Парка заказывают НИОКР ученым университета, и мы опять же помогаем наладить эти связи, находить работоспособные группы в МГУ, людей готовых за конкретные деньги в конкретные сроки выполнить поставленные перед ними задачи.

К вам часто обращаются желающие стать вашими арендаторами?

Да. У нас 100% загрузка всех площадей. И это продолжается последние лет пять, и даже в кризис у нас не было свободных площадей. Да, мы, как и все, чуть-чуть опустили цену. Но не так сильно, как другие. Стоимость аренды на уровне московских рыночных цен.

Парк продолжает тесно сотрудничать с Фондом содействия?

Одной из наших услуг является помощь компаниям в нахождении источников финансирования своей деятельности. Фонд содействия наиболее активный игрок, если так можно выразиться, в этой области. Но есть и другие публичные организации, причем необязательно российские. Российский фонд технологического развития, Российский фонд фундаментальных исследований, МНТЦ, СРДФ выделяют грантовые, как правило, или очень «мягкие» возвратные деньги на финансирование инновационных проектов. Плюс в последнее время – это работа с венчурными фондами, которых становится все больше и больше.

На какие группы можно разделить компании Парка?

Я уже говорил о трех уровнях сервиса, также можно разделить и сферы приложения наших сил. Это сформированные, зрелые компании с миллионными уже оборотами. Кстати, в парке сегодня работает 40 высокотехнологичных относительно зрелых компаний, и их общий оборот составляет порядка 100 миллионов долларов за 2003 г. В Парке в инновационном инкубаторе также сегодня работает 10 совсем молодых старт-ап компаний со сроком жизни до года. Это и есть два уровня приложения наших усилий.

Понятно, что зрелым компаниям тренинги уже не нужны, они давно и профессионально работают на рынке. У них есть возможность нанимать профессионалов и в области менеджмента, и в области маркетинга, и экономистов, или же обращаться к консалтинговым компаниям, а потому их, в первую очередь интересует инфраструктура, связи с университетом, возможности устанавливать контакты с фондами, о которых я говорил. Плюс – упомянутый уже синергетический эффект от взаимодействия компаний между собой.

Для стимулирования подобного взаимодействия у нас существует разный инструментарий. Во-первых, информирование всех компаний об областях деятельности их соседей и коллег. Когда появляются новые компании, мы обязательно рассылаем информацию о новых партнерах. Подобная же информация есть на нашем сайте. Во-вторых, есть и неформальный инструментарий. В первую очередь это созданный нами клуб компаний Научного парка. Примерно раз в квартал мы собираем топ-менеджеров, руководителей или собственников компаний на весьма неформальное заседание, которое скорее следует называть чаепитием. Мы вкидываем какую-то интересующую их тему. Ну, например, вопросы управления, учета и защиты интеллектуальной собственности, или вопросы работы со студентами и выпускниками университета (ряд компаний имеют свои образовательные программы). Приглашаем, так называемого, спикера, которому есть, что сказать на выбранную тему. Он делает презентацию, а потом идет неформальный обмен мнениями, опытом, проблемами, ошибками. В процессе такого рода общения люди становятся ближе друг к другу, а ведь бизнес – это то, кого ты знаешь лично. И вот после такого рода общения возникают новые проекты, которые компании реализуют совместно, потому что в противном случае, они их не способны реализовать.

У зрелых компаний подобного рода сервисы пользуются популярностью. Плюс в последнее время, на фоне активизации деятельности венчурных компаний, компаниями востребована еще одна наша услуга по консалтингу в области привлечения венчурных инвестиций. Мы помогаем компаниям оценить свой бизнес, разработать стратегию взаимодействия с венчурным инвестором и помогаем в сопровождении сделки. В последнее время этот сервис становится все более актуальным.

Если же говорить о молодых компаниях, то надо понимать, что это компании созданные всего полгода тому назад. В подавляющем своем большинстве это компании созданные в рамках программы «СТАРТ». Как правило, это ученые, люди без опыта ведения бизнеса. Поэтому развитие бизнес-навыков – одна из задач. Мы проводим тренинги, семинары, плюс предоставляем им широкий набор консультационных услуг в области экономических знаний. Это определение рынков, на которые они могут выйти со своей продукцией. Это вопросы ценообразования, вопросы разработки маркетингового плана, стратегии развития компании. Поиск венчурных инвесторов, которые готовы финансировать очень ранние стадии. Таких, конечно же, не много, но они есть, и мы достаточно активно работаем с тремя такими компаниями плюс Российская сеть бизнес-ангелов, которые идут на финансирование очень ранних и очень рискованных стадий.

Ну и кроме того, технический сервис, связанный с началом деятельности любого предприятия, как то, предоставление юридического адреса, услуг по регистрации компании, по бухгалтерскому учету – это стандартный пакет, который мы предлагаем всем начинающим.

Есть ли у вас стратегические партнеры, с которыми вы уже давно сотрудничаете, и которые уже неоднократно финансировали бизнесы Парка?

Да, есть несколько таких компаний. В первую очередь, это компании, которые ориентированы на очень ранние стадии. Мы с ними работаем уже несколько лет, несколько успешных проектов они ведут. Кроме того, мы с ними договорились о безвозмездных консультациях остальных проектов, даже тех, которые им кажутся не очень интересными. Очень важно, чтобы компании приобретали эти знания.

Наши партнеры – это российская компания Horizon Emerging Technologies, это компания Нейрок, и сейчас мы начинаем взаимодействие с Intel Capital, я надеюсь, что в ближайшее время с «Русскими технологиями», с Delta Capital. Но, отмечу, что Intel Capital идет на инвестирование очень ранних стадий, а последние два фонда вкладываются все-таки в уже большие сформированные компании с серьезными перспективами роста.

Как сегодня строятся отношения Научного парка с МГУ?

Сначала нужно коснуться неких формальных аспектов нашего взаимодействия с университетом, а именно: университет обладает контрольным пакетом акций Научного парка, и, соответственно получает дивиденды от деятельности Парка. Причем дивиденды как прямые в виде отчислений от прибыли, так и косвенные от деятельности Парка и компаний. За 2003 г. это порядка 1 миллиона долларов, полученных университетом от парка в виде дивидендов, заказов на НИОКР, поступающих от компаний Парка или наших партнеров, не обязательно работающих в НП, которых мы привели в университет, в виде финансирования из государственных источников, в виде ремонтных работ. Мы занимаем территорию в 1 га, но отвечаем, как мы считаем, за территорию вокруг, это примерно 4-5 га. Сюда входит уход за дорогами, заборами, облагораживание, озеленение территории – это наша обязанность и мы это делаем регулярно.

Возвращаясь к содержательным связям с университетом, я хотел бы отметить, что в начале года, произошло знаменательное для нас событие – в университете был организован Центр по трансферу технологий (ЦТТ), который является нашим партнером, и совместно с которым мы стараемся активизировать инновационную деятельность в МГУ. Это и работа на промышленность: используя наши контакты, используя возможности университета, мы активно стараемся выходить как на малые, так и на средние и крупные компании с целью решения каких-либо технологических проблем предприятий. Это и работа с учеными университета – авторами тех или иных технологий. У нас (совместно с ЦТТ) работает венчурно-консультационный кабинет, куда может прийти любой ученый МГУ и получить помощь по коммерциализации своих научных исследований. Это и работа совместно с ЦТТ по созданию учебных программ, а в некоторых случаях, в частности, как с компанией «Унихимтек», и базовых кафедр крупных компаний, которые заинтересованы в найме выпускников МГУ. Акцент тут делается на том, что эти выпускники сразу после окончания МГУ способны полноценно работать на предприятиях и не нуждаются в доучивании в недрах компании (как это обычно бывает сегодня). Поэтому компании предпочитают потратить небольшие средства с тем, чтобы параллельно с базовыми знаниями и навыками, студенты получали навыки работы в бизнесе как инженеры, как научные сотрудники.

На площадях парка ведут исследования в основном IT-компании, а компании других технологических направленностей, вероятно, также используют возможности университетских лабораторий?

Действительно так. Площади Научного парка, а это более 11 тыс. кв. м не приспособлены под научно-исследовательскую деятельность в химии, биотехнологии или, например, в физике. Да и нет смысла при наличии огромного университета с большим количеством лабораторий создавать здесь подобного рода помещения. Да, IT-компании реализуют здесь полный цикл, но, если говорить о high-tech компаниях из других областей, то производственная часть находится, как правило, вне Москвы, потому что слишком дорого размещать производство в Москве. Поэтому наши компании сегодня имеют собственные производства в Климовске, Кировочепецке, других городах России, а исследовательская часть, развивается на площадях Московского университета, на легитимных условиях. Речь идет либо о заказных научных исследованиях, либо об аренде машинного времени. На мой взгляд, это правильно, потому что в этом случае учитываются интересы университета и реализуются задачи бизнеса. Если посмотреть на мировую практику, то это очень распространенное явление.

Какие мероприятия проводятся в ближайшее время в Научном парке?

Как раз 23 декабря у нас проходил очередной тренинг по программе «Формула успеха». Это, наверное, совсем некоммерческий проект Научного парка, ориентированный на распространение знаний в области бизнес-планирования среди представителей естественно-научных факультетов МГУ. В первую очередь, фокус-группой являются молодые ученые, аспиранты университета, которые хотели бы начать собственный бизнес на базе каких-то своих разработок. Программа «Формула успеха» построена на принципах известных в мире программ «Business Plan Competition», которые существуют в Оксфорде, MIT, Стэнфорде. Мы взяли за основу оксфордскую модель. Представители Оксфордского университета являются нашими партнерами в организации этого конкурса. Нам удалось их привлечь благодаря поддержке Британского совета, который собственно и помогает нам стартовать в первый год осуществления программы. На мой взгляд, она проходит весьма успешно – было собрано чуть меньше шестидесяти заявок на этот конкурс от представителей факультетов, в первую очередь, Московского университета, однако география значительно шире. Это и другие московские вузы, такие как МВТУ им. Н.Э. Баумана, а также представители других регионов России – Татарстан, Тула. Даже есть несколько заявок из Белоруссии.

Основные задачи в рамках этого конкурса – во-первых, распространение знаний в области бизнес-планирования, и вторая задача – мы хотим привить конкретные навыки, как развить свою идею до бизнес-плана и как презентовать этот бизнес-план инвестору. Они должны понимать, что ожидают инвесторы от разработки, и научится говорить на языке инвестора. Мы не видим ничего страшного в том, что многие разработки, с которыми ребята пришли на конкурс не являются прорывными и не заинтересуют инвесторов. Главное, они поймут, о чем надо думать, как надо оценивать свои разработки, и у них будут навыки по тому, как написать бизнес-план. Может быть, через год – через два, результаты их новых исследований будут обладать большим коммерческим потенциалом и станут основой нового успешного бизнеса.

Как бы Вы охарактеризовали основные проблемы ведения инновационной деятельности в России?

На мой взгляд, первая и основная проблема – это кадры. Речь идет об инженерах, о научных работниках, о выпускниках университетов. Они получают хорошее базовое образование, но потом компаниям приходится их доучитвать корпоративным вещам. Даже ученых. Их, к сожалению, не учат управлению проектами, а ныне исследовательская деятельность, по крайней мере, если это исследовательская деятельность в компании, в рамках корпоративного исследовательского центра, все равно должна проводиться по методике проекта. В любом случае это проект с ограниченными деньгами, со сроками, с планированием, с делегированием ответственности и т.д. Эти вещи, к сожалению, совершенно не преподаются на естественных факультетах. Я могу перечислять дальше, но хотел бы остановиться на неготовности кадров сразу входить в компании и работать. Поэтому компании и готовы сегодня тратить деньги на базовые кафедры.

Вторая проблема – это отсутствие в масштабах страны такой инфраструктуры, которую удалось создать в Научном парке МГУ.

Третья проблема – нет серьезных механизмов мотивации государственных университетов, академических институтов, исследовательских центров вовлекать интеллектуальную собственность в хозяйственный оборот. Я надеюсь, что, когда будет принят акт о закреплении прав на результаты интеллектуальной деятельности – эта мотивация появится. Хотя, с другой стороны, когда мы общаемся с компаниями, многие из них очень критично к этому относятся и говорят, что очень многое из результатов научно-исследовательской деятельности проводимой за счет средств госбюджета «протухло», потому что десять лет прошло с того момента, когда перестали вливаться серьезные деньги в фундаментальную науку. За это время все, что было можно коммерциализировать, уже вывезено и коммерциализовано, либо, к сожалению, «протухло» там, где разработчики вели себя как «собака на сене». Поэтому, если не вкладывать сейчас серьезные деньги в науку, не размазывая при этом ровным слоем, а определяя те отрасли, где российская наука является конкурентной в мировом масштабе, мы рискуем остаться через какое-то время без источников новых разработок. И это тоже одна из главных проблем.

Сейчас в глобальном смысле у России есть конкурентное преимущество заключающееся в уникальной компетенции наших ученых в некоторых областях и относительно невысокой стоимости их труда по сравнению с развитыми странами, а также дешевой и еще достаточно современной материально-технической базе научных исследований. Вот это наше конкурентное преимущество, которое надо использовать, потому что, если говорить о производстве, то здесь мы уступаем индусам и китайцам, так как час рабочего времени никогда не будет у нас стоить так же как у них. Если говорить о маркетинге, то здесь мы уступаем западным странам. Конечно, все эти компоненты надо развивать, но, если говорить о том, на чем надо сосредоточиться, то, на мой взгляд, следует развивать то конкурентное преимущество, которое очевидно.

/Вестник Инноваций, 20.07.2005/